Подготовка мужчины к зачатию


Е.А. Ефремов, Е.В. Касатонова, Я.И. Мельник

Department of Andrology and Human Reproduction (Head – E.A. Efremov, Ph.D.) of N.A. Lopatkin Scientific Research Institute of Urology and Interventional Radiology – branch of National Medical Research Radiological Center of Minzdrav of Russia, Moscow
Planning pregnancy is very important to ensure the most comfortable and optimal conditions for conception, gestation and the subsequent birth of a healthy child. This review examines the effects and mechanisms of the damaging effect of external factors, social habits and certain diseases on the ejaculate quality, as well as ways to overcome them aiming to optimum preparation of a man to conceive. Several studies have shown an inverse relationship between semen quality and common diseases. Unfavorable environmental conditions, varicocele, endocrine causes, such as diabetes, obesity, and metabolic syndrome, are thought to be among the factors that could adversely affect the quality of sperm. Oxidative stress in the testicular microenvironment may lead to suppression of spermatogenesis and sperm DNA damage resulting in a decrease of their mobility and causing morphological abnormalities.

По меньшей мере в 30–40 % случаев причинный фактор мужского бесплодия выявить не удается (идиопатическое бесплодие). У таких пациентов отсутствуют указания на проблемы с фертильностью в анамнезе, изменения при физикальном осмотре и в результатах гормональных исследований. При этом в анализе эякулята выявляется снижение числа сперматозоидов (олигозооспермия), уменьшение их подвижности (астенозооспермия) и большое число сперматозоидов с измененной формой (тератозооспермия). Эти изменения в спермограмме часто наблюдаются одновременно и обозначаются как олигоастенотератозооспермия (ОАТ-синдром). Идиопатическое мужское бесплодие обычно связано с гормональными нарушениями, возникающими вследствие загрязнения окружающей среды, генетическими отклонениями. Особую роль отводят процессам накопления свободных радикалов кислорода [1].

Первая гипотеза о влиянии оксидативного стресса на параметры эякулята была выдвинута в 1943 г. J. MacLeod [2] отметил быструю потерю подвижности сперматозоидов при инкубировании в среде, богатой кислородом. Полагая, что потеря подвижности возникла из-за перепроизводства оксидантов, возникающих от увеличения метаболизма кислорода в сперме, он добавил антиоксидантную каталазу в среду, восстановив подвижность, тем самым подтвердив свою гипотезу. Литература по андрологии изобилует доказательствами повреждения морфологии сперматозоидов и нарушения других их функций в условиях окислительного стресса [2–4].

Окислительный стресс и повреждение ДНК сперматозоидов связывают с увеличением сроков достижения беременности, нарушением эмбрионального развития, увеличением числа выкидышей, наличием хронических болезней у потомства, в том числе детских онкологических заболеваний [3]. Половые хромосомы особенно восприимчивы к делеции генов из-за неспособности гаплоидного генома восстанавливать потерянную генетическую информацию. Повреждение и фрагментация ДНК могут произойти в результате аномальной рекомбинации, дефектной упаковки хроматина, незавершенного апоптоза и окислительного стресса [4]. Роль мужчины в достижении беременности и обеспечении здоровья будущего потомства незаслуженно отставлена на задний план, а подготовка к зачатию при нормальных параметрах эякулята полностью возложена на акушерскую службу. Между тем мужчина — это 50 % успеха беременности, и коррекция факторов, влияющих на генетический материал, который несут сперматозоиды, необходима и крайне важна.

Планирование

Количество незапланированных беременностей в мире достигает 55 на 1000 женщин в возрасте от 15 до 44. В развитых странах до 49 % беременностей не были запланированы, в развивающихся странах этот показатель достигает 36 %. Таким образом, примерно каждая третья беременность в мире является незапланированной [5]. В Российской Федерации, по данным 2004 г., только 58% беременностей были запланированы [6]. Согласно отчету «Репродуктивное здоровье населения России», 37% женщин, которые имели хотя бы одну беременность с января 2006 г. до момента опроса (2011), отметили, что их последняя беременность была незапланированной [7].

При планировании беременности негативное влияние табакокурения, алкоголя, кофеина, плохого питания, хронических заболеваний и прочих факторов, способных нарушить целостность ДНК сперматозоидов, можно свести к минимуму. В тех случаях, когда беременность возможна, несмотря на повреждения ДНК, ее возникновение может приводить к врожденным дефектам и даже детским раковым заболеваниям [3]. Цикл развития сперматозоида составляет 72–76 дней, т.е. сперма может полностью обновиться в течение 3 месяцев и при смягчении воздействия неблагоприятных условий, таким образом заблаговременное планирование беременности открывает множество возможностей для улучшения качества спермы. Улучшение мужского здоровья до зачатия может обеспечить повышение благоприятных исходов беременностей путем повышения мужского биологического и генетического вклада в зачатие и вынашивание потомства.

Возраст. При подготовке к зачатию следует учитывать возраст мужчины. Есть несколько исследований, предполагающих, что увеличение возраста ассоциируется со снижением параметров спермы и увеличением времени достижения беременности [8–13]. В сравнительном исследовании выявлена связь возраста мужчины с ухудшением подвижности сперматозоидов, повышенным индексом фрагментации ДНК, целостности хроматина и наличием генных мутаций у плода [8]. Также наблюдается обратная связь между возрастом и количеством сперматозоидов [9], их подвижностью и объемом эякулята [10].

Среднее время достижения беременности для мужчин до 25 составляет чуть более 4,5 мес, тогда как для 40-летнего мужчины этот срок составляет 24 мес [11]. Дети возрастных отцов (40 лет и старше) более чем в 5 раз чаще имеют расстройства аутистического спектра, чем дети, родившиеся от мужчин в возрасте до 30 лет [12]. Риск неудач при применении вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ) выше в 5 раз для мужчин старше 41 года [13].

Стресс. Около 1/3 мужчин в бесплодном браке имеют негативные эмоции, такие как страх, фобии и нарушения межличностной чувствительности (тревожно-депрессивные) [14]. Психологический стресс в первую очередь снижает сывороточный уровень общего тестостерона с вторичным повышением в сыворотке крови уровней ЛГ и ФСГ, изменяя тем самым качество спермы. Так, психотерапия стресса является оправданным шагом для мужчин в случае бесплодия [15]. Также известно, что стресс приводит к нарушению гомеостаза и несбалансированности антиоксидантного статуса, нарушая целостность ДНК [16]. Планирование беременности позволяет мужчине проговорить с супругой возможные проблемы и страхи, добившись глубокого доверия и понимания и гораздо быстрее в последующем осознать свое отцовство. Супружеские пары, которые налаживают психологический контакт с будующим ребенком еще до рождения, позитивнее воспринимают приобретение новых социальных ролей [17].

Окружающая среда. Ксенобиотики (1,2-дибром-3-хлорпропан, нонилфенол, полициклические ароматические углеводороды (ПАУ), полихлорированные бифенилы (ПХБ), диоксин и акриламид), число кторых неуклонно растет, становятся причиной окислительного стресса и повреждения ДНК. Такие повреждения, как правило, приводят к бесплодию и привычному невынашиванию беременности [18]. Длительная экспозиция выхлопными газами снижает качество эякулята и повышает индекс фрагментации ДНК [19]. Кадмий и свинец являются основными токсичными тяжелыми металлами внешней среды, которые вызывают неблагоприятные последствия для здоровья человека и животных. Последние исследования показали, что пищевые добавки играют важную роль в защите от кадмиевой и свинцовой токсичности. Комплексы микронутриентов рекомендованы людям, подверженных риску воздействия выхлопных газов и неблагоприятной окружающей среды [20].

Воздействия электромагнитного излучения (ЭМИ) растет с увеличением спроса на устройства связи. В исследованиях на самцах крыс облучение вызывало атрофию семенных канальцев, уменьшение количества клеток Лейдига и продукции тестостерона, а также увеличение содержания ЛГ и числа апоптотических клеток [21]. Повышение уровня окислительного стресса, перекисного окисления липидов и снижение уровней антиоксидантов, таких как мелатонин, витамин Е и глутатионпероксидаза, выявлено у животных, подвергшихся воздействию ЭМИ [21]. Результаты текущих исследований показывают, что окислительный стресс от воздействия Wi-Fi и мобильных телефонов является важным механизмом негативного влияния на женскую и мужскую репродуктивные системы [21]. В опыте на крысах под воздействием мобильных устройств связи уменьшалась подвижность сперматозоидов [22]. К механизмам неблагоприятного воздействия ЭМИ относят повреждение ядерного хроматина активными формами кислорода, тогда как комбинация витаминов Е и С вызывала в эксперименте значительное снижение этих эффектов [23]. Результаты исследований показывают, что фрагментация ДНК сперматозоидов может достигать значимых уровней только у мужчин, которые используют мобильный телефон более 4 часов в день, а также переносит устройство в кармане брюк [24].

Социальные привычки изучены довольно подробно. Установлена сильная связь между курением и снижением качества спермы [25–27]. Табакокурение связано со снижением количества сперматозоидов с нормальной морфологией и более низкими уровнями тестостерона. Никотин и смолы, существенно повышая оксидативное повреждение ДНК, угнетают систему антиоксидантной защиты [25]. Дефицит цинка у активных курильщиков связан с высоким накоплением кадмия в яичках с последующим снижением всех параметров эякулята. Использование Цинка как мощнейшего антиоксиданта и стимулятора клеточного деления рассматривается как перспективный метод лечения у мужчин, страдающих бесплодием, вызванным токсичными компонентами сигаретного дыма [26]. На качестве спермы сказывается курение как кальяна, так и сигарет. Значительное улучшение качества спермы можно ожидать только спустя 12 мес со дня прекращения курения [27].

Концентрации кофеина в крови и сперме почти идентичны [28] и в нескольких исследованиях была оценена связь между потреблением кофе и качеством спермы с противоречивыми результатами: Horak и др. (2003) не предполагают никакой взаимосвязи, в то время как результаты исследований Sobreiro и др (2005) указывают, что потребление кофе связано с увеличением подвижности сперматозоидов [29–30]. Как сообщается исследователями, у мужчин, употебляющих кофе, выявляется низкий уровень эстрогена и высокий уровень тестостерона и глобулина, связывающего половые гормоны [31]. Также в исследованиях установлено, что употребление кофеиносодержащих напитков от 1 до 6 раз в неделю связано с дефектами 18-й хромосомы сперматозоидов, а ежедневное – с нарушениями X- и Y-хромосом [32].

Частое потребление алкоголя ассоциируется с широким спектром заболеваний. Тем не менее, связь между приемом алкоголя и репродуктивной функцией изучена в нескольких исследованиях и их результаты являются противоречивыми [32, 33]. Умеренное потребление алкоголя не оказывало влияния на качество спермы у здоровых мужчин [34].

Посещение бань и саун, ношение тесного белья и малоподвижный образ жизни приводят к гипертермии органов мошонки. В эксперименте даже незначительное повышение температуры органов мошонки (увеличение на 2°С, 6 ч в сутки в течение 120 дней) нарушает целостность хроматина сперматозоидов [35]. При ношении плотного нижнего белья выявляются повышенное количество копий 18-й хромосомы и нарушения ее части, дефект 13-й хромосомы [32]. При гипертермии наблюдается снижение количеcтва сперматозоидов и их прогрессивной подвижности, возрастает выраженность оксидативного стресса. Периодическое воздействие тепла угнетает сперматогенез более выраженно, нежели постоянное [36]. В опытах на мышах комбинация селена и витамина Е продемонстрировала защитный эффект на сперматозоиды при развитии окислительного стресса и апоптоза после гипертермии, что может представлять терапевтический интерес [37].

Хронические заболевания являются стрессом для организма и так или иначе влияют на фертильность, поэтому крайне важно при планировании беременности добиться их компенсации или ремиссии. Следует также помнить, что препараты, используемые для лечения заболеваний, также могут вызвать изменения параметров эякулята [38].

Ниже мы представили наиболее часто встречающиеся заболевания, которые негативным образом влияют на фертильность мужчины и его генетический потенциал.

Ожирение в настоящее время является эпидемией среди мужчин и женщин во всем мире, влияя на физическое и психологическое благополучие. В сравнительном исследовании пар, обратившихся по поводу бесплодного брака, малондиальдегид, маркер окислительного стресса, был тесно связан с ожирением и низким качеством спермы [39]. Отношение между увеличением индекса массы тела (ИМТ) и параметрами спермы было оценено в нескольких работах [40—42]. Все исследования показали, что увеличение ИМТ было связано со снижением объема яичек, низким количеством сперматозоидов, нарушением их подвижности, повышенной фрагментацией ДНК сперматозоидов, низким уровнем тестостерона в сыворотке крови, снижением либидо и эректильной дисфункцией [40]. Тучные мужчины, как правило, реже занимаются сексом [41]. Ожирение вызывает повышенную секрецию адипокинов, таких как интерлейкин (IL) -1β, IL-6, IL-8, С-реактивный белок и фактор некроза опухоли. Кроме того, ожирение связано с повышенной активностью ароматазы, что обусловливает гиперэстрогению и последующее подавление гипоталамо-гипофизарно-гонадной оси. Это в свою очередь приводит к гипоандрогении и последующему нарушению сперматогенеза [42]. Национальный институт экологических исследований (NIEHS) приводит данные, согласно которым увеличение ИМТ на 3 пункта повышает риск бесплодия у мужчин на 10 % [43].

Сахарный диабет. В исследованиях выявлено, что среднее значение гликированного гемоглобина (HbA1c ≥7%) было в значительной степени связано с нарушениями подвижности сперматозоидов (снижение общей и прогрессивной подвижности) и аномалиями спермы (сперматозоиды с двойной головкой, круглые и вытянутые сперматиды). Плохо контролируемый сахарный диабет также связан с лейкоцитоспермией. Выявлена положительная корреляция между уровнем глюкозы в сыворотке крови и индексом фрагментации ДНК сперматозоидов и обратная — с общей антиоксидантной способностью эякулята [44, 45].

Метаболический синдром. Ожирение связано с развитием метаболического синдрома, который имеет свое собственное отрицательное воздействие на эякулят. Метаболический синдром является сложным расстройством, состоящим из нескольких взаимосвязанных нарушений, включая резистентность к инсулину, ожирение, дислипидемию, эндотелиальную дисфункцию, атеросклероз и вялотекущие воспалительные процесы, которые приводят к увеличению продукции цитокинов с повышением количества иммунных клеток, обусловливая системное воспаление [46]. При метаболическом синдроме выявляют такие биомаркеры системного воспалительного ответа, как C-реактивный белок, IL-6 и фактор некроза опухоли, которые обладают альтерирующим действием на эндотелий и приводят к резистентности к инсулину.

В конечном счете системное воспаление и конечные продукты гликирования приводят к низкой концентрации сперматозоидов, нарушению их подвижности и аномальной морфологии [47].

Артериальная гипертензия. Известно, что гипертензия, а также побочные эффекты ее терапии могут обусловливать проблемы с эрекцией. Блокаторы кальциевых каналов, такие как нифедипин, имеют прямое негативное влияние на сперматогенез — отмечено снижение подвижности и жизнеспособности сперматозоидов [48]. В сравнительном исследовании гипертоников и мужчин с нормальным артериальным давлением выявлено повышение индекса фрагментации ДНК, а также снижение подвижности сперматозоидов и низкая их жизнеспособность в группе мужчин с артериальной гипертонией [49].

Хронические инфекционные заболевания и инфекции добавочных мужских половых желез. Несмотря на то что на данный момент нет единого мнения о роли инфекции в формировании бесплодного брака, в сравнительном исследовании мужчин с хронической генитальной инфекцией показатели концентрации сперматозоидов были в 3 раза меньше, чем в контрольной группе. Антибиотикотерапия помимо элиминации агента воспаления повышает антиоксидантную активность эякулята. Препятствием в достижении беременности при хронической урогенитальной инфекции также может стать вискозипатия (повышенная вязкость эякулята) [50]. Хронические вирусные инфекции считаются фактором риска мужского бесплодия. Все вирусы потенциально могут негативно влиять на мужскую репродуктивную функцию и могут быть переданы партнерам и новорожденным. Недавние исследования показали, что присутствие ВИЧ, вирусов гепатита В или С в сперме ухудшает ее параметры и целостность ДНК [51]. Все больше доказательств того, что вирусы папилломы человека, простого герпеса и цитомегаловирус могут играть важную роль в мужском бесплодии, оказывая негативное влияние на параметры спермы, уровень фертилизации и невынашивание беременностей. Кроме того, лечение противовирусными и антиретровирусными препаратами может также повлиять на качество эякулята: снижение его объема, уменьшение количества и подвижности сперматозоидов [52]. Вирусные и бактериальные инфекции часто связаны с недостатками макро- и микроэлементов, в том числе с незаменимым микроэлементом селеном. Селен влияет как на адаптивный, так и на врожденный иммунитет, способствует пролиферации и дифференциации CD4+ Т-лимфоцитов в сторону Т-хелперов, поддерживая тем самым острый клеточный иммунный ответ [53]. Также потенциальной антивирусной активностью обладает витамин Е [54].

Варикоцеле отводят роль как одной из основных причин бесплодия у мужчин, но вопрос о механизмах повреждающего действия остается открытым. У пациентов с варикоцеле изменения сперматогенеза объясняют несколькими факторами: рефлюксом из почечной вены токсических метаболитов, гипоксией яичек из-за венозного застоя, гормональной дисфункцией, венозной гипертензией и гипертермией [55]. В эякуляте этой категории пациентов выявляют увеличение уровня активных форм кислорода и снижение общей антиоксидантной способности [56]. Кроме того, у мужчин с нормоспермией и варикоцеле выявлется повышенный индекс фрагментации ДНК [57]. Эффект варикоцелэктомии на выраженность оксидативного стресса оценивается авторами не так однозначно. Некоторые исследования показали, что процент достижения беременностей после операции сопоставим с группой без терапии [58]. Витамин Е и коэнзим Q10 в сочетании с оперативным вмешательством продемонстрировали более высокую эффективность восстановления параметров эякулята, нежели при варикоцелэктомии без комбинации с микронутриентами [59–61].

Подготовка к вспомогательным репродуктивным технологиям

Естесственное зачатие предполагает, что только сперматозоид с нормальным генным материалом может оплодотворить яйцеклетку. Метод вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ) позволяет использовать аномальные сперматозоиды для оплодотворения. Целостность ДНК является важным фактором успеха искусственного оплодотворения, а также нормального развития эмбриона, плода и ребенка. Контроль фрагментации ДНК сперматозоидов все чаще используется для улучшения результатов ВРТ [62]. Данные свидетельствуют о том, что прием антиоксидантных добавок субфертильными мужчинами может повышать частоту наступления беременности и живорождения в парах, учавствующих в программах ВРТ [63].

«Строительный материал» для сперматозоидов

Появляется все больше доказательств влияния пищевых привычек на фертильность мужчин и женщин. Поддержание нормальной массы тела путем здорового питания может оказаться верным методом в профилактике идиопатического бесплодия. Адекватное потребление мононенасыщенных жирных кислот, полученных главным образом из растительных жиров, а также избежание трансизомеров жирных кислот, которые присутствуют в промышленно выпускаемых конфетах, чипсах, продуктах быстрого приготовления и твердых маргаринах, могут быть эффективными. Выбор в пользу растительных, а не животных белков, снижение гликемической нагрузки и использование пищевых добавок в современных условиях жизни мужчины представляются оправданными. Хорошо сбалансированная диета должна быть рекомендована всем пациентам, планирующим зачатие [64].

Особенно перспективным для предотвращения оксидативного стресса и снижения его негативного влияния на сперматогенез является одновременное применение жирорастворимых и водорастворимых антиоксидантов, однако при использовании обычных технологий это является трудновыполнимым.

В настоящее время на фармакологическом рынке представлена биологически активная добавка АндроДоз*, которая представляет собой сбалансированную комбинацию 9 активных веществ, повышающих качество спермы, воздействующих на различные звенья нарушений сперматогенеза, что особенно важно, учитывая полиэтиологичность данного состояния. Совместить жирорастворимые и водорастворимые антиоксидантные компоненты оказалось возможным благодаря использованию нанотехнологии Actielease: микрокапсулирование или разделение активных ингредиентов на микроскопические наночастицы. В сочетании с наличием в Андродозе особой полисахаридной матрицы эта нанотехнология обеспечивает водорастворимость и стабильность, оптимальную концентрацию компонентов состава, а также равномерное замедленное высвобождение активных веществ в организме. Основные компоненты (субстанции) для АндроДоза производятся швейцарской компанией «DSM Nutritional Products» и отвечают самым высоким стандартам качества. Кроме того, некоторые компоненты АндроДоза проявляют синергизм, т.е. при использовании в комбинации действуют намного сильнее и обусловливают выраженный эффект в гораздо более низких дозах, чем при применении этих биологически активных веществ по отдельности.

Удачным сочетанием компонентов и использованием новейших современных технологий при производстве АндроДоза достигается восстановление концентрации требуемых для сперматогенеза аминокислот, витаминов, микронутриентов.

L-карнитин является антиоксидантом, который играет роль в подвижности сперматозоидов [65], повышает клеточную энергию в митохондриях, защищает мембраны сперматозоидов и ДНК от индуцированного активными формами кислорода апоптоза [66]. L-карнитин естественным образом присутствует в придатке яичка и семенной плазме, обусловливая поддержку подвижности сперматозоидов и их созревания [67].

L-аргинин – биологически активный изомер условно незаменимой аминокислоты аргинина. Белки семенной жидкости до 80 % состоят из L-аргинина, и дефицит ее может приводить к нарушению сперматогенеза и бесплодию. L-аргинин благотворно влияет на здоровье предстательной железы, усиливает сперматогенез, участвует в упаковке ДНК сперматозоидов [68, 69]. Кроме того, L-аргинин активно участвует в регуляции половой функции; являясь предшественником оксида азота, поддерживает хороший ток крови в мужских половых органах, способствует нормализации эрекции [70].

Коэнзим Q10 (убихинон) является важнейшим элементом синтеза биохимических носителей энергии. Коэнзим Q10 является мощным антиоксидантом, способен восстанавливать активность других антиоксидантов, в частности α-токоферола (витамина Е), обладает доказанным клиническими исследованиями синергизмом с L-карнитином. Убихинон показал себя как достаточно эффективное средство у мужчин с идиопатическим ОАТ-синдромом, улучшая подвижность, концентрацию и морфологию сперматозоидов. Кроме того, установлено, что Q10 влияет на экспрессию генов, участвующих в передаче сигналов клеток человека, процессах метаболизма и внутриклеточного транспорта. Убихинон ингибирует перекисное окисление липидов клеточных мембран, обеспечивая сохранность ДНК [71–73].

L-карнозин является природным компонентом тканей человека, мощным водорастворимым антиоксидантом. При этом L-карнозин также усиливает эффект жирорастворимых антиоксидантов, таких, например, как α-токоферол [74]. В эксперименте нейтрализует тяжелые металлы, предотвращает отравление организма различными токсинами [75] Показано, что L-карнозин защищает репродуктивную систему от вредных воздействий, стимулирует сперматогенез и улучшает подвижность сперматозоидов. Карнозин предотвращает дисфункцию яичек, вызванную γ-облучением, посредством антиапоптозного эффекта, что приводит к восстановлению сперматогенеза [76].

«Витасил-Se (селен)-С». Селен (Se) важен для метаболизма тестостерона и является составной частью митохондриальной капсулы сперматозоида. Назначение Se субфертильным пациентам вызывало статистически значимое повышение подвижности сперматозоидов [77]. Селен может также защищать от окислительного повреждения ДНК в клетках спермы человека. Имеет выраженный синергетический эффект с витаминами А и Е, уменьшает их распад, снижая при этом потребность организма в данных витаминах. Селен необходим для нормального функционирования половой системы мужчин. Применение селена в органической форме («Витасил-Se (селен)-С») наиболее физилогично, обеспечивает постепенное, независимое от содержания витаминов всасывание в кишечнике, а также равномерное содержание в плазме крови данного микроэлемента в течение длительного времени (создается депо селена в организме) [78].

Солодка голая (Glycyrrhiza glabra). Корни и корневища солодки содержат глицирризиновую кислоту, а также флавоноиды, в совокупности оказывающие противовирусное, противогрибковое, противовоспалительное, противоаллергическое, иммуномодулирующее, тонизирующее действие [79]. Глицирризиновая кислота подавляет активность компонента свертывающей системы — тромбина, в том числе присутствующего в сперме и участвующего в процессе сгущения спермы, обладает муколитическим действием [80]. Благодаря мощному антиоксидантному эффекту способствует снижению фрагментации ДНК клеток [81].

Пюрамекс (Puramex) ZN (лактат цинка) является молочнокислой формой цинка, наиболее легко усваиваемой в пищеварительном тракте. Цинк абсолютно необходим для клеточного дыхания, утилизации кислорода, воспроизведения генетического материала (ДНК и РНК), поддержания целости клеточных стенок и обезвреживания свободных радикалов Цинк активирует глутатионпероксидазу, которая необходима для нормального созревания и подвижности сперматозоидов, а также участвует в регуляции активности других ферментов спермоплазмы, способствует регуляции процессов коагуляции и разжижения эякулята [82]. В организме человека цинк концентрируется во всех органах и тканях, в том числе яичках, придатках яичек, в предстательной железе, в достаточно большом количестве содержится в сперме. Дефицит цинка может приводить к серьезному повреждению яичек: атрофии канальцев и торможению дифференцировки сперматид [83]. Цинк — один из наиболее важных микроэлементов, обеспечивающих нормальное функционирование мужской репродуктивной системы, поскольку он запускает и поддерживает процессы производства мужского полового гормона тестостерона и активизирует сперматогенез [84]. Витамины A и Е признаны синергистами цинка, взаимно биохимически усиливая метаболизм и терапевтический эффект [85, 86].

Витамин Е (токоферол) является важным элементом антиоксидантной системы: предотвращает повреждение клеточных стенок, нейтрализуя пероксид водорода и другие активные формы кислорода; необходим для роста новых клеток, нормального функционирования иммунной системы. Доказано, что прием витамина Е снижает коэффициент окислительного стресса в ткани яичек, повышает подвижность сперматозоидов и положительно влияет на их способность проникать в яйцеклетку [87]. Витамин E проявляет синергизм с ретинолом и с селеном [88, 89].

Витамин А (ретинол) – важное звено антиоксидантной системы, защищающее клеточные мембраны от окисления, влияет на синтез белков и поддерживает репродуктивную функцию, участвует в дифференцировке половых клеток. Наличие витамина А в семенной жидкости также необходимо для нормального сперматогенеза и поддержания подвижности сперматозоидов. Также он улучшает усвоение цинка и усиливает его антиоксидантное действие [90].

Клинические исследования

В Российском многоцентровом открытом исследовании через 3 месяца от начала приема АндроДоза было отмечено статистически значимое снижение вязкости спермоплазмы, особенно у пациентов с выявленными антиспермальными антителами (АСАТ). При этом на 80,1% уменьшилась агглютинация сперматозоидов у пациентов с АСАТ (р=0,0001), повысилось общее количество активно подвижных сперматозоидов (А+В), на 26,32 % снизилось количество патологических форм сперматозоидов (р=0,0001 с нормализацией данного показателя у 100% пациентов с исходным критическим увеличением (>96% патологических форм)) по окончании терапии. Кроме того, на фоне приема АндроДоза достоверно повысился уровень игибина Б. К моменту завершения курса 87,6% пациентов отметили хороший и выраженный эффект от проведенной терапии [91].

В другом российском открытом сравнительном исследовании эффективности и безопасности установлено, что применение АндроДоза у пациентов с идиопатической патоспермией в течение 3 мес. приводит к увеличению объема эякулята на 45,7%, концентрации сперматозоидов на 18,5%, общей их подвижности на 33,7%, активной подвижности на 38,4% и количества морфологически нормальных форм на 50% [92].

АндроДоз может использоваться в качестве послеоперационной медикаментозной терапии больных, перенесших варикоцелэктомию. Исследование, проведенное в НИИ урологии им. Н. А. Лопаткина, показало восстановление параметров эякулята, улучшение морфологии, увеличение концентрации и прогрессивную подвижность сперматозоидов у мужчин, принимавших АндроДоз после варикоцелэктомии, по сравнению с группой контроля (p < 0,001) [93].

Исходя из представленных данных, можно сделать вывод об эффективности АндроДоза при мужском факторе бесплодия и рекомендовать его для применения в андрологической практике. Необходимо также подчеркнуть: одна таблетка АндроДоза содержит практически все вещества, необходимые для лечения мужской инфертильности, что делает удобным прием данного биокомплекса для пациентов.

Таким образом, АндроДоз:

  • способствует улучшению подвижности сперматозоидов и количества жизнеспособных форм;
  • обусловливает снижение вязкости эякулята;
  • увеличивает уровень тестостерона;

Комплекс может применяться в качестве биологически активной добавки к пище:

  • при снижении подвижности и оплодотворяющей способности сперматозоидов;
  • при ухудшении репродуктивной функции у мужчин;
  • при подготовке к применению ВРТ в терапии бесплодия (ЭКО, ИКСИ).

Планирование и подготовка к беременности – лучший путь к здоровому потомству. Изменение образа жизни (снижение массы тела, активный образ жизни, отказ от курения, сбалансированная диета, компенсация хронических заболеваний) может положительным образом сказаться на общем состоянии здоровья и существенно улучшить параметры эякулята.


Literature


  1. Jungwirth A, Giwercman A, Tournaye H, Diemer T, Kopa Z, Dohle G, Krausz C. Рекомендации Европейской ассоциации урологов (EAU) “Мужское бесплодие”. 2011г. http://uroweb.org/wp-content/uploads/10_MaleInfertility.pdf
  2. MacLeod J. The role of oxygen in the metabolism and motility of human spermatozoa. Am J Physiol. 1943;138:512-518.
  3. Aitken RJ, Krausz C. Oxidative stress, DNA damage and the Y chromosome. Reproduction. 2001;122:497-506.
  4. Aitken RJ, De Iuliis GN, McLachlan RI. Biological and clinical significance of DNA damage in the male germ line. Int J Androl. 2009;32:46-56.
  5. Sedgh G, Singh S, Hussain R. Intended and unintended pregnancies worldwide in 2012 and recent trends. Stud Fam Plann. 2014 Sep;45(3):301–14.
  6. Кулаков В.И., Фролова О.Г. Репродуктивное здоровье в Российской Федерации. Народонаселение. 2004;3:60–66.
  7. Репродуктивное здоровье населения России 2011. Итоговый отчет. А. Авдеев, В. Елизаров, И. Троицкая, и. др. — Фонд ООН в области народонаселения. М., 2013. С. 344.
  8. Wyrobek AJ, Eskenazi B, Young S. Advancing age has differential effect on DNA damage, chromatin integrity, gene mutations, and aneuploidies in sperm. Proc Natl Acad Sci USA. 2006;103:9601–9606.
  9. Paulson RJ, Milligan RC, Sokol RZ. The lack of influence of age on male fertility. Am J Obstet Gynecol. 2001;184:818–822.
  10. Eskenazi B, Wyrobek AJ, Sloter E. The association of age and semen quality in healthy men. Hum Reprod. 2003;18:447–454.
  11. Ford WC, North K, Taylor H. Increasing paternal age is associated with delayed conception in a large population of fertile couples: evidence for declining fecundity in older men. The ALSPAC Study Team (Avon Longitudinal Study of Pregnancy and Childhood). Hum Reprod. 2000;15:1703–1708.
  12. Saha S, Barnett AG, Foldi C, Burne TH, Eyles DW, Buka SL, McGrath JJ. Advanced paternal age is associated with impaired neurocognitive outcomes during infancy and childhood. PLoS Med. 2009;10:6(3):e40.
  13. Mathieu C, Ecochard R, Bied V, Lornage J, Czyba JC. Cumulative conception rate following intrauterine artificial insemination with husband's spermatozoa: influence of husband's age. Hum Reprod. 1995;10(5):1090–97.
  14. Zhou L, Shi X, Wang X, Liu D. Analysis of correlative factors of sterility in males undergoing routine sperm inspection by masturbation. Zhong Nan Da Xue Xue Bao Yi Xue Ban. 2012;37(7):725–9.
  15. Bhongade MB, Prasad S, Jiloha RC, Ray PC, Mohapatra S, Koner BC. Effect of psychological stress on fertility hormones and seminal quality in male partners of infertile couples. Andrologia. 2015;47(3):336–42.
  16. Sahin E, Gümüşlü S. Stress-dependent induction of protein oxidation, lipid peroxidation and anti-oxidants in peripheral tissues of rats: comparison of three stress models (immobilization, cold and immobilization-cold). Clin Exp Pharmacol Physiol. 2007;34(5-6):425–31.
  17. Овчарова Р. В. Родительство как психологический феномен: учебное пособие. М.: изд. МПСИ, 2006.
  18. Hauser R. The environment and male fertility: recent research on emerging chemicals and semen quality. Semin Reprod Med. 2006;24(3):156–67.
  19. Calogero AE, La Vignera S, Condorelli RA, Perdichizzi A, Valenti D, Asero P, Carbone U, Boggia B, De Rosa N, Lombardi G, D'Agata R, Vicari LO, Vicari E, De Rosa M. Environmental car exhaust pollution damages human sperm chromatin and DNA. J Endocrinol Invest. 2011;34(6):e139–43.
  20. Zhai Q, Narbad A, Chen W. Dietary strategies for the treatment of cadmium and lead toxicity. Nutrients. 2015;14:7(1):552–71.
  21. Nazıroğlu M, Yüksel M, Köse SA, Özkaya MO. Recent reports of Wi-Fi and mobile phone-induced radiation on oxidative stress and reproductive signaling pathways in females and males. J Membr Biol. 2013;246(12):869–75.
  22. Mailankot M, Kunnath AP, Jayalekshmi H, Koduru B, Valsalan R. Radio frequency electromagnetic radiation (RF-EMR) from GSM (0.9/1.8GHz) mobile phones induces oxidative stress and reduces sperm motility in rats. Clinics (Sao Paulo). 2009;64(6):561–65.
  23. Guney M, Ozguner F, Oral B, Karahan N, Mungan T. 900 MHz radiofrequency-induced histopathologic changes and oxidative stress in rat endometrium: protection by vitamins E and C. Toxicol Ind Health. 2007;23(7):411–20.
  24. Rago R, Salacone P, Caponecchia L, Sebastianelli A, Marcucci I, Calogero AE, Condorelli R, Vicari E, Morgia G, Favilla V, Cimino S, Arcoria AF, La Vignera S. The semen quality of the mobile phone users. J Endocrinol Invest. 2013;36(11):970–74.
  25. Yousefniapasha Y, Jorsaraei G, Gholinezhadchari M, Mahjoub S, Hajiahmadi M, Farsi M. Nitric oxide levels and total antioxidant capacity in the seminal plasma of infertile smoking men. Cell J. 2015;17(1):129–36.
  26. Garcia PC, Piffer RC, Gerardin DC, Sankako MK, Alves de Lima RO, Pereira OC. Could zinc prevent reproductive alterations caused by cigarette smoke in male rats? Reprod Fertil Dev. 2012;24(4):559–67.
  27. Sofikitis N, Miyagawa I, Dimitriadis D, Zavos P, Sikka S, Hellstrom W. Effects of smoking on testicular function, semen quality and sperm fertilizing capacity. J Urol 1995;154:1030–1034.
  28. Ramlau-Hansen CH, Thulstrup AM, Bonde JP, Olsen J, Bech BH. Semen quality according to prenatal coffee and present caffeine exposure: two decades of follow-up of a pregnancy cohort. Hum Reprod. 2008;23(12):2799–805.
  29. Horak S, Polanska J, Widlak P. Bulky DNA adducts in human sperm: relationship with fertility, semen quality, smoking, and environmental factors. Mutat Res 2003;537:53–65.
  30. Sobreiro BP, Lucon AM, Pasqualotto FF, Hallak J, Athayde KS, Arap S. Semen analysis in fertile patients undergoing vasectomy: reference values and variations according to age, length of sexual abstinence, seasonality, smoking habits and caffeine intake. Sao Paulo Med J 2005;123:161–166.
  31. Svartberg J, Midtby M, Bonaa KH, Sundsfjord J, Joakimsen RM, Jorde R. The associations of age, lifestyle factors and chronic disease with testosterone in men: the Tromso Study. Eur J Endocrinol 2003;149:145–152.
  32. Jurewicz J, Radwan M, Sobala W, Radwan P, Jakubowski L, Hawuła W, Ulańska A, Hanke W. Lifestyle factors and sperm aneuploidy. Reprod Biol. 2014;14(3):190–99.
  33. Jensen TK, Gottschau M, Madsen JO, Andersson AM, Lassen TH, Skakkebæk NE, Swan SH, Priskorn L, Juul A, Jørgensen N. Habitual alcohol consumption associated with reduced semen quality and changes in reproductive hormones; a cross-sectional study among 1221 young Danish men. BMJ Open. 2014;4(9):e005462.
  34. Jensen TK, Swan S, Jørgensen N, Toppari J, Redmon B, Punab M, Drobnis EZ, Haugen TB, Zilaitiene B, Sparks AE, Irvine DS, Wang C, Jouannet P, Brazil C, Paasch U, Salzbrunn A, Skakkebæk NE, Andersson AM. Alcohol and male reproductive health: a cross-sectional study of 8344 healthy men from Europe and the USA. Hum Reprod. 2014;29(8):1801–19.
  35. Ahmad G, Moinard N, Esquerré-Lamare C, Mieusset R, Bujan L. Mild induced testicular and epididymal hyperthermia alters sperm chromatin integrity in men. Fertil Steril. 2012;97(3):546–53.
  36. Rao M, Zhao XL, Yang J, Hu SF, Lei H, Xia W, Zhu CH. Effect of transient scrotal hyperthermia on sperm parameters, seminal plasma biochemical markers, and oxidative stress in men. Asian J Androl. 2015.
  37. Kaur S, Bansal MP. Protective role of dietary-supplemented selenium and vitamin E in heat-induced apoptosis and oxidative stress in mice testes. Andrologia. 2014.
  38. National Collaborating Centre for Women's and Children's Health (UK).Fertility: Assessment and Treatment for People with Fertility Problems. London: Royal College of Obstetricians & Gynaecologists (UK); 2013:P. 74–75
  39. Al-Azemi MK, Omu AE, Fatinikun T, Mannazhath N, Abraham S.Factors contributing to gender differences in serum retinol and alpha-tocopherol in infertile couples. Reprod Biomed Online 2009;19:583–590.
  40. Ramlau-Hansen CH, Thulstrup AM, Nohr EA. Subfecundity in overweight and obese couples. Hum Reprod. 2007;22:1634–1637.
  41. Kapoor D, Clarke S, Channer KS, Jones TH. Erectile dysfunction is associated with low bioactive testosterone levels and visceral adiposity in men with type 2 diabetes. Int J Androl 2007;30:500–507
  42. Bakos HW, Mitchell M, Setchell BP, Lane M. The effect of paternal diet-induced obesity on sperm function and fertilization in a mouse model. Int J Androl 2011;34:402–410.
  43. Sallmen M, Sandler DP, Hoppin JA, Sallmén M, Sandler DP, Hoppin JA, Blair A, Baird DD. Reduced fertility among overweight and obese men. Epidemiology 2006;17:520–523.
  44. Omu AE, Kehinde E, Al-Azemi MK. The effects of diabetes mellitus on the ontogeny of human sperm: the role for antioxidants. Androl Update. 2007;1:157–164.
  45. Agbaje M, Rogers DA, McVicar CM. Insulin dependent diabetes mellitus: implications for male reproductive function. Hum Reprod. 2007;22:1871–1877.
  46. Faloia E, Michetti G, De Robertis M. Inflammation as a link between obesity and metabolic syndrome. J Nutr Metab. 2012;2012:476380.
  47. Kasturi SS, Tannir J, Brannigan RE. The metabolic syndrome and male infertility. J Androl. 2008;29:251–259.
  48. Ca (2+)
  49. Muciaccia B, Pensini S, Culasso F, Padula F, Paoli D, Gandini L, Di Veroli C, Bianchini G, Stefanini M, D'Agostino A.Higher clusterin immunolabeling and sperm DNA damage levels in hypertensive men compared with controls. Hum Reprod 2012;27:2267–2276.
  50. Omu AE, Al-Othman S, Mohammad AS. Antibiotics therapy for seminal infection: effect on antioxidant activity and T-helper cytokines. J Reprod Med 1998;43:857–864.
  51. Lorusso F, Palmisano M, Chironna M, Vacca M, Masciandaro P, Bassi E, Selvaggi Luigi L, Depalo R.Impact of chronic viral diseases on semen parameters. Andrologia. 2010;42:121–126.
  52. Garolla A, Pizzol D, Bertoldo A, Menegazzo M, Barzon L, Foresta C. Sperm viral infection and male infertility: focus on HBV, HCV, HIV, HPV, HSV, HCMV, and AAV. J Reprod Immunol. 2013;100(1):20–29.
  53. Steinbrenner H, Al-Quraishy S, Dkhil MA, Wunderlich F, Sies H. Dietary selenium in adjuvant therapy of viral and bacterial infections. Adv Nutr. 2015;6(1):73–82.
  54. Fiorino S, Bacchi-Reggiani L, Sabbatani S, Grizzi F, di Tommaso L, Masetti M, Fornelli A, Bondi A, de Biase D, Visani M, Cuppini A, Jovine E, Pession A. Possible role of tocopherols in the modulation of host microRNA with potential antiviral activity in patients with hepatitis B virus-related persistent infection: a systematic review. Br J Nutr. 2014;112(11):1751–68.
  55. Eisenberg ML, Lipshultz LI. Varicocele-induced infertility: Newer insights into its pathophysiology. Indian J Urol. 2011;27:58–64.
  56. Sheehan MM, Ramasamy R, Lamb DJ. Molecular mechanisms involved in varicocele-associated infertility. J Assist Reprod Genet. 2014;31:521–26.
  57. Y. Sakamoto, T. Ishikawa, Y. Kondo, K. Yamaguchi, M. Fujisawa. “The assessment of oxidative stress in infertile patients with varicocele,” British Journal of Urology International. 2008;101(12):1547–1552.
  58. Smit M, Romijn JC, Wildhagen MF, Veldhoven JL, Weber RF, Dohle GR. Decreased sperm DNA fragmentation after surgical varicocelectomy is associated with increased pregnancy rate. J Urol. 2010;183(1):270–274.
  59. T. Mostafa, T. H. Anis, A. El-Nashar, H. Imam, I. A. Othman. Varicocelectomy reduces reactive oxygen species levels and increases antioxidant activity of seminal plasma from infertile men with varicocele,” International Journal of Andrology. 2001;24(5):261–265.
  60. Cervellione RM, Cervato G, Zampieri N, Corroppolo M, Camoglio F, Cestaro B, Ottolenghi A. Effect of varicocelectomy on the plasma oxidative stress parameters. J Pediatr Surg. 2006 Feb;41(2):403–06.
  61. Mancini A, Milardi D, Conte G, Festa R, De Marinis L, Littarru GP. Seminal antioxidants in humans: preoperative and postoperative evaluation of coenzyme Q10 in varicocele patients. Horm Metab Res. 2005 Jul;37(7):428–32.
  62. Evenson DP, Jost LK, Marshall D, Zinaman MJ, Clegg E, Purvis K, de Angelis P, Claussen OP. Utility of the sperm chromatin structure assay as a diagnostic and prognostic tool in the human fertility clinic. Hum Reprod. 1999 Apr; 14(4):1039–49.
  63. Showell MG, Brown J, Yazdani A, Stankiewicz MT, Hart RJ. Antioxidants for male subfertility. Cochrane Database Syst Rev. 2011;(1):CD007411.
  64. Szostak-Węgierek D. Nutrition and fertility. Med Wieku Rozwoj. 2011;15(4):431–36.
  65. Abd-Allah AR., Helal GK., Al-Yahya AA., Aleisa AM., Al-Rejaie SS., Al-Bakheet SA. Pro-inflammatory and oxidative stress pathways which compromise sperm motility and survival may be altered by L-carnitine. Oxid Med Cell Longev. 2009;2:73–81.
  66. Agarwal A., Nallella KP., Allamaneni SS., & Said TM. Role of antioxidants in treatment of male infertility: An overview of the literature. Reprod. Biomed Online. 2004;8:616–627.
  67. Costa M., Canale D., Filicori M., D’Lddio S., & Lenzi A. L-carnitine in idiopathic asthenozoospermia: A multicenter study. Andrologia. 1994;26:155–159.
  68. DeRouchey JE, Rau DC. Role of amino acid insertions on intermolecular forces between arginine peptide condensed DNA helices: implications for protamine-DNA packaging in sperm. J Biol Chem. 201;286(49):41985–92.
  69. Scibona M, Meschini P, Capparelli S, Pecori C, Rossi P, Menchini Fabris GF.L-arginine and male infertility. Minerva Urol Nefrol. 1994;46:251–3.
  70. Förstermann U, Sessa WC. Nitric oxide synthases: regulation and function. Eur Heart J. 2012;33(7):829-37, 837a-837d.
  71. Safarinejad MR, Safarinejad S, Shafiei N, Safarinejad S. Effects of the reduced form of coenzyme Q10 (ubiquinol) on semen parameters in men with idiopathic infertility: a double-blind, placebo controlled, randomized study. J Urol. 2012;188(2):526–31.
  72. Littarru GP, Tiano L. Bioenergetic and antioxidant properties of coenzyme Q10: recent developments. Mol Biotechnol. 2007;37(1):31–37.
  73. Abad C, Amengual MJ, Gosálvez J, Coward K, Hannaoui N, Benet J, García-Peiró A, Prats J. Effects of oral antioxidant treatment upon the dynamics of human sperm DNA fragmentation and subpopulations of sperm with highly degraded DNA. Andrologia. 2013;45(3):211–16.
  74. Павлов А.Р., Ревина А.А., Дупин А.М., Болдырев А.А., Ярополов А.И. Взаимодействие карнозина с супероксидными радикалами в водных растворах. Бюл. эксперим. биологии и медицины. 1990;110(10):391–93.
  75. Hipkiss AR: Carnosine and its possible roles in nutrition and health. Adv Food Nutr Res 2009;57:87–154.
  76. Haeri SA, Rajabi H, Fazelipour S, Hosseinimehr SJ. Carnosine mitigates apoptosis and protects testicular seminiferous tubules from gamma-radiation-induced injury in mice. Andrologia. 2014 Nov;46(9):1041–46.
  77. MacPhreson A, Scott R, Yates R. The effect of selenium supplementation in subfertile males. In: Anke M, Meissner D, Mills CF, editors. Proceedings of the Eighth International Symposium on Trace Elements in Man and Animals 1993. Jena (Germany): Verlag Media Turistik; 1993. pp. 566–569.
  78. Klein EA. Selenium: epidemiology and basic science. J Urol. 2004;171(2 Pt 2):S50–S53. discussion S53.
  79. Ceremelli C, Portolani M, Cotombari B, Castelli M, Baggio G, Galatulas I. Activity of glycyrrhizin and its diasterioisomers against two new human herpes virus: HHV-6 and HHV-7. Phyto Res.1996;10:527–528.
  80. Watanabe SI, Chey WY, Lee KY, Chang TM. Shiratori K, Watanabe S, Takeuchi T. Effect of licorice extract (Fm100) on release of secretin and exocrine pancreatic secretion in humans. Pancreas. 1986;1(6):483–87.
  81. Dirican E, Turkez H. In vitro studies on protective effect of Glycyrrhiza glabraroot extracts against cadmium-induced genetic and oxidative damage in human lymphocytes. Cytotechnology. 2014;66(1):9–16.
  82. Prasad AS. Zinc deficiency. British Med J. 2008;326:409–410.
  83. Merker HJ, Günther T. Testis damage induced by zinc deficiency in rat. J Trace Element. 1997;11:19–22.
  84. Miura T, Yamauchi K, Takahashi H, Nagahama Y. Hormonal induction of all stages of spermatogenesis in vitro in the male Japanese eel (Anguilla japonica) Proc Natl Acad Sci USA.1991;88:5774–5778.
  85. Bunk MJ, Dnistrian AM, Schwartz MK, Rivlin RS. Dietary Zn deficiency decreases plasma concentrations of vitamin E. Proc Soc Exp Biol Med. 1989;190:379–384.
  86. Smith JC. The vitamin A-zinc connection: a review. Ann NY Acad Sci. 1980;355:62–75.
  87. Momeni HR, Eskandari N. Effect of vitamin E on sperm parameters and DNA integrity in sodium arsenite-treated rats. Iranian Journal of Reproductive Medicine. 2012;10(3):249–256.
  88. Zu K, Ip C. Synergy between selenium and vitamin E in apoptosis induction is associated with activation of distinctive initiator caspases in human prostate cancer cells. Cancer Res. 2003;63(20):6988–95.
  89. Bieri JG. Effect of excessive vitamins C and E on vitamin A status. Am J Clin Nutr. 1973;26(4):382–83.
  90. Hogarth CA, Griswold MD. The key role of vitamin A in spermatogenesis. J Clin Invest .2010;120:956–962.
  91. Камалов А.А., Абоян И.А., Ситдыкова М.Э.,. Цуканов А.Ю, Теодорович О.В., Медведев В.Л., Комяков Б.К., Журавлев В.Н., Новиков А.И., Еркович А.А., Охоботов Д.А., Карпов В.К., Зубков А.Ю. Применение биологически активного комплекса Андродоз® у пациентов с патоспермией и иммунологическим фактором инфертильности. Результаты мультицентрового клинического исследования. Фарматека. 2014;4(277):32–44.
  92. Дендеберов Е.С., Виноградов И.В. Опыт применения биокомплекса АндроДоз для фертилизации больных с идиопатической патоспермией. Эффективная фармакотерапия. Урология и Нефрология.2014;4(41):24–26.
  93. Жуков О.Б., Уколов В.А., Жуков А.А. Комплексная терапия патоспермии у больных после рентгенэндоваскулярной склеротерапии тестикулярных вен. Андрология и генитальная хирургия. 2012;13(4):70-77.


About the Autors


Corresponding author: E.V. Kasatonova – Research Fellow
of the department, e-mail: kasatonova@yandex.ru


Similar Articles


Бионика Медиа